Sea News - Морские Вести

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Таинственная светящаяся сфера на дне океана шокировала ученых (фото. видео)

Таинственная светящаяся сфера на дне океана шокировала ученых (фото. видео)

  Ученые сделали невероятную находку в ходе экспедиции.  

Подробнее...
Ядерная смерть спит на дне Мирового океана

Ядерная смерть спит на дне Мирового океана

В течение XX века человек с тупым упрямством превращал Мировой океан в ядерный могильник. Если за земными захоронениями ядерных отходов постоянно наблюдают специалисты, чтобы исключить появление второго Чернобыля, то за морскими могильниками надзора нет никакого. Взорваться бомбы не могут. Но за десятки лет корпуса…

Подробнее...
Железная «леди»

Железная «леди»

В центральной части Индийского океана в 1999 году на глубине 3 километров, была обнаружена «Железная» улитка.

Подробнее...
Невероятное создание возрастом 500 миллионов лет

Невероятное создание возрастом 500 миллионов лет

  Щетинистое червеподобное создание с 30 конечностями обитало на морском дне во время раннего кембрийского периода. Его странная внешность и уникальные пищевые повадки не похожи ни на одно живое существо, когда-либо открытое учеными.    

Подробнее...
Frontpage Slideshow | Copyright © 2006-2011 JoomlaWorks Ltd.

Настоящий ресурс может содержать материалы 16+  

Home

Подлинный Чехов в фонде Президентской библиотеки или: Чехов - прозаик с ”медицинскою” простотою взгляда на вещи

E-mail Печать PDF
Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

 
«В многоголосной оценке Чехова участвует весь критический синедрион.
Чехов блестящий, остроумный, каждое слово которого горит бриллиантом и запоминается навеки, Чехов, прекрасный как полубог, - иронизирует в своём исследовании «Чехов» (1916) из фонда Президентской библиотеки А. Измайлов, предупреждая собратьев по перу об опасности слащавой канонизации писателя. - Бывали моменты, когда Чехов приближался к этому почти античному образу. Но история должна знать Чехова во всей полноте его образа. Прозаика отличала органическая прямота, прямота плебея и реалиста, которому просто отвратительна ложь, и как постыдная, и как бесцельная. Он был уника среди писателей, но и сын своей семьи, своего сословия и своего времени. Он был умный мужик, сын умного мужика, который не привык к пафосу. Он его не допускал в своём творчестве, хотя и мечтал от начала до конца о счастливой земле, согретой изяществом, любовью, братством».
29 января исполняется 159 лет со дня рождения Антона Павловича Чехова (1860 – 1904). Сын таганрогского лавочника, получивший медицинское образование и сделавший литературу смыслом жизни, Чехов пережил ранний и не оставшийся незамеченным литературный дебют. С короткими юмористическими рассказами он публиковался в журналах «Стрекоза», «Осколки» и других под псевдонимами Человек без селезёнки, Чехонте, Антошка и пр. Первый его сборник «Шалопаи и благодушные», который был подготовлен к печати в 1882 году, не увидел свет. Цензоры сочли, что молодой автор не по возрасту едко высмеивал пороки и уклад жизни добропорядочных обывателей.
«Чехов воплотил мечту старших писателей, давши некнижный тип реального человека 90-х годов в такой яркости, в какой он казался просмотренным нашей беллетристикой, - отмечает Измайлов. - Идеалистам 40-х годов, пожалуй, не о чем было бы говорить с Чеховым, но Помяловский и Писарев увидели бы его и возрадовались».
Над причинами приступов мизантропии молодого оптимиста размышляет исследователь К. Полонская в книге «Чехов» (1943), электронная копия которой представлена на портале Президентской библиотеки: «Смысл писательской работы Чехов определяет так: “Цель моя убить сразу двух зайцев: правдиво нарисовать жизнь и, кстати, показать, насколько эта жизнь уклоняется от нормы: норма мне неизвестна, как неизвестна никому из нас”. Чехов ищет «норму», рисуя разнообразные отклонения от неё. Своеобразие Чехова-художника в том, что он не только умел обнаруживать пошлость в мирной, благопристойной, иногда даже внешне культурной и счастливой жизни, не только умел показать её непреодолимую подчас засасывающую силу, но и в том, что он противопоставлял ей высокое интеллектуальное содержание жизни лучших своих героев.
Однако прежде чем на авансцену пьес и поздней прозы писателя выйдут сложные рефлексирующие Астровы, Гуровы и дяди Вани, перед читающей Россией пройдёт литературная вереница хмурых, безыдейных, беспринципных людей, изображённых «без малейшей фальши его резца». Это дало повод критике обозначить нового автора как «певца сумерек».
Вместе с тем его современники указывали на поразительную жажду жизни и деятельности писателя, мягкий юмор и самоиронию. Ближе к закату его жизни немногие знали, что он серьёзно недомогал, «скрипел» и старался насколько возможно не замечать своего состояния. Поехал вопреки всему на Сахалин, потом написал мужественную книгу-отчёт о состоянии социума оторванного от «метрополии» острова. Все занимало его, врача, кроме собственной болезни…
Опубликованный им пять лет спустя «Остров Сахалин» стал художественным документом эпохи. В основу книги легли путевые впечатления Чехова, общение с каторжанами, собранные им обширные статистические данные, использованные в переписи населения. В книге К. Полонской приводятся строки из письма Чехова Суворину: «Не знаю, что у меня выйдет, но сделано мною не мало. Хватило бы на три диссертации. Я вставал каждый день в 5 часов утра, ложился поздно, и все дни был в сильном напряжении». У Измайлова можно найти ещё одно высказывание Антона Павловича о Сахалине: «Сахалин – это место невыносимых страданий, на какие только бывает способен человек вольный и подневольный… Жалею, что я не сентиментален, а то я сказал бы, что в места, подобные Сахалину, мы должны ездить на поклонение…».                    
Чехов не раз признавался в письмах, что он чувствует свою вину и вину всей интеллигенции за существование ада сахалинской каторги. Это ощущение вины испытывают и многие персонажи его произведений, под непосредственным влиянием сахалинских впечатлений были написаны рассказы «В ссылке», «Палата № 6».
«Что касается цензуры, - свидетельствуетИзмайлов о периоде жизни «после Сахалина», - то бесконечных огорчений первой поры Чехов эпохи известности знал немного. Вернее, пожалуй, говорить о том внутреннем гнёте, какой он чувствовал сам, будучи человеком огромного таланта и умной предусмотрительности, подсказывающей, в каком режиме страны он живёт. <…> Наиболее беспокойства доставило ему печатание «Сахалина», где цензура иногда зачёркивала “целые главы”».
Исподволь рождались не похожие на канон пьес того времени драмы Чехова. Их отличала пронизывающая атмосфера всеобщего неблагополучия, неудовлетворённости обстоятельствами и мечтами об иной, светлой и радостной жизни…
До 1900 года Чехов не смотрел «Дядю Ваню» в Художественном театре и на все просьбы театра создать новую пьесу отвечал отказом под предлогом того, что не видел результата сценического воплощения. И тогда весной театр отправился в Ялту, где лечился больной чахоткой писатель,   чтобы показать себя своему автору. В Москве шутили: «гора пошла к Магомету». Знакомые до того лишь издали, труппа и писатель сблизились, подружились, что стало хорошим импульсом для написания пьесы. И настал день, когда театр получил тоненькие листки, густо покрытые бисерным почерком – “Три сестры”…
31 января 1901 года пьеса была сыграна в Художественном театре. Впечатление осталось такое же, как и после «Дяди Вани», смутное. «Критика, - продолжает Измайлов, - старалась это объяснить тем, что всё настроение драмы основано на соединении двух взаимоисключающих мотивов: ''надо жить'' и ''зачем жить'' («Курьер», 3 февраля 1901 г.). ‘’Три сестры'', - читаем мы в рецензии, - это не драма, это поэма, великолепно передающая повесть о том, как скучно и страшно жить ''интеллигентным одиночкам'' среди безотрадной обстановки русской провинции… Всё та же исконная чеховская тема».
Подытоживая свой изыскательский труд, Измайлов пишет: «Чем-то в высшей степени живым и свободным был он, чем-то органически враждебным всяческим теориям. Но старшие собратья преклонились бы пред его спокойным мудрым умом, перед его отвращением к фразе, «медицинскою» простотою взгляда на вещи, ясною прямотою отношений, честным заявлением, что он не верит там, где не верил. Если бы такие, как он, шли не единицами, а целым поколением, к земле скорее спустилось бы «небо в алмазах», и стала ближе мечта двух благородных безумцев из «Палаты № 6» и «Чёрного монаха».
 
No tweets found.

Главное меню

Мировые новости

Statistics

ОС : Linux v
PHP : 5.2.17-pl0-gentoo
MySQL : 5.6.43-84.3-log
Время : 04:04
Кеш : Включен
GZIP : Выключен
Просмотры материалов : 2674920